MaksimO
Опубликовано: 17:52, 27 май 2022
Политика

Ситуация в Мариуполе: неразорвавшиеся мины во дворах и погибшие под завалами

Федеральное агентство новостейФедеральное агентство новостей

26 мая в Кальмиусском районе, что в северной части Мариуполя, в результате детонации взрывоопасного предмета на территории школы №30, расположенной по улице Днестровской, погиб ребенок. Об этом сообщили в штабе территориальной обороны ДНР.

К сожалению, подобных трагедий в напичканном смертоносным железом городе избежать не удастся. Ведь лишь на территории Мариупольского порта обезврежено более 12 тысяч взрывоопасных предметов, оставленных там украинскими боевиками! Минная опасность в портовой акватории устранена, но сколько неразорвавшихся боеприпасов предательски затаились в городских жилмассивах? Вероятно, их не десятки, а сотни тысяч…

Федеральное агентство новостейФедеральное агентство новостей

При обнаружении взрывоопасных предметов мариупольцам рекомендуют звонить в МЧС и полицию. У кого есть мобильная связь — те звонят, а у кого ее нет (таковых подавляющее большинство), те просто пишут на стенах и заборах о наличии во дворах «хвостовиков» и прочего.

Федеральное агентство новостейФедеральное агентство новостей

Жители улицы Итальянской, располагающейся в полуразрушенном частном секторе, в своих дворах обнаружили немало такого «железа». Люди отметили опасные места соответствующими пометками-указателями: «мина урагана», «кассетная мина»… В округе — много детей. По словам родителей, они, конечно же, провели с малышней определенный ликбез, но от этого не легче, ведь дети — это дети, и уж, тем более, если они совсем «мелкие».

Федеральное агентство новостейФедеральное агентство новостей

Федеральное агентство новостейФедеральное агентство новостей

45-летний житель этой улицы Александр озвучил нам эту проблему, попросив посодействовать в ее решении. Говорит, мин у них — чуть ли не через каждый двор, при этом дети бегают, да и собак полно…

По словам жильцов улицы Итальянской, они уже обращались в соответствующие структуры, но очередь на разминирование к ним еще не дошла. Люди же находят неразорвавшиеся мины даже в канализационных стоках. Страшно представить, сколько этого «добра» осталось на недобрую память мариупольцам от бывшей Украины! И потом: все мы знаем, что спустя много десятилетий эхо Великой Отечественной войны доходит к нам, в том числе, и из-за таких опасных находок.

Справедливости ради подчеркнем, что саперы в Мариуполе работают на полную мощность. К разминированию привлечены собаки и даже роботы. Вот только количество мест, требующих зачистки, зашкаливает. А это — сложная и кропотливая работа, зачастую требующая разбора завала вручную. Печально, но факт: весь Мариуполь — своего рода минное поле. Любая клумба, поляна или постройка может таить в себе неприятный сюрприз.

Федеральное агентство новостейФедеральное агентство новостей

Федеральное агентство новостейФедеральное агентство новостей

Федеральное агентство новостейФедеральное агентство новостей

Федеральное агентство новостейФедеральное агентство новостей

… С мариупольчанами Сергеем и Анастасией мы случайно познакомились на улице Торговой. В тот момент в этом микрорайоне, отутюженном артиллерией, донецкие Z-волонтеры раздавали гуманитарную помощь. Молодая пара скромно стояла в сторонке, пропуская вперед пенсионеров, и, казалось, не осмеливалась подойти к волонтерам. Рядом с ними крутился маленький ребенок. 

Федеральное агентство новостейФедеральное агентство новостей

Мы разговорились, и на вопрос: где проживаете? — 35-летний Сергей Киреев и 27-летняя Анастасия Захарчук ответили достаточно просто: в подвале на улице Евпаторийской. Их дом, как, собственно, и все жилища в округе, полностью разрушен. Абсолютно очевидно, что по этим улицам бои, что называется, прошлись вихрем…

Федеральное агентство новостейФедеральное агентство новостей

Федеральное агентство новостейФедеральное агентство новостей

Федеральное агентство новостейФедеральное агентство новостей

Федеральное агентство новостейФедеральное агентство новостей

Пара воспитывает 8-летнего сына Володю, с ними также проживает 17-летняя Настина сестра Вера: их мама умерла прошлой осенью от онкологии. Когда наш разговор зашел о ранее господствующих здесь беспредельщиках-«азовцах», Сергей прямо заявил: «Головы им отрубите и мучайте подольше, как они тут людей мучили!». А Настя вспомнила, как они перед отступлением из города поджигали дома, забрасывая в подвалы, где находились дети, гранаты. В одном из таких подвалов спасался от обстрелов и маленький Володя, который с воодушевлением поведал, что наконец-то будет учиться в школе, и пожелал всем людям счастья. А украинцев, развязавших эту войну, попросил прекратить воевать.

Нет сомнений, что рассказов о зверствах нацистов в Мариуполе хватит на тысячи томов уголовных дел. Сергей и Настя благодарят бога, что им удалось выжить в том аду. Говорят, мол, пусть за душой нет ни гроша, но зато мы живы! Настя пока что безуспешно пытается разыскать 85-летнюю бабушку — Людмилу Борисовну Иванову, проживавшую на левом берегу. По окончанию военных действий она так и не вышла на связь…

Федеральное агентство новостейФедеральное агентство новостей

А вот пропавшего отца Настя нашла. Сказать, что находка страшная — ничего не сказать: на днях на пепелище его дома, расположенного по одной из соседских улиц, она сначала обнаружила череп, а потом в процессе поиска — и человеческие останки. Они находились в ванной, присыпанные обломками строительного хлама, образовавшегося после прямого попадания в дом снаряда и последующего возгорания помещения. Мы предложили Насте подсесть в наш Z-автомобиль и поехать на место трагедии — на Малофонтанный спуск, 3.

Федеральное агентство новостейФедеральное агентство новостей

Федеральное агентство новостейФедеральное агентство новостей

Федеральное агентство новостейФедеральное агентство новостей

Увиденное впечатлило: открывающаяся панорама сама по себе говорила о том, что этот сектор расстреливался обороняющимися украинскими боевиками в упор. Что касается цифр «200» на заборе, то они означают наличие трупа (груз 200): в ходе донбасской кампании «двухсотыми» обозначают не только погибших солдат, но и мирных жителей. А раненые —  «трехсотые».

Над ванной, где находятся останки отца, Настя закрепила самодельную табличку с надписью «Дмитрий Дмитриевич Иванов, 1972 г. р.». Расспросив соседей погибшего, она примерно установила дату его гибели — 28-30 марта. Теперь Настя ищет, к кому обратиться, чтобы зафиксировать смерть и достойно перезахоронить близкого человека, которому 9 апреля исполнилось бы 50 лет. Но, увы, в тот день его обгоревшее тело уже более недели лежало под завалами собственного дома…

Федеральное агентство новостейФедеральное агентство новостей

Это — еще одна страшная реалия нынешнего Мариуполя: из-под завалов до сих пор достают тела погибших горожан. Многие дома разрушены до основания, а подвалы, в которых до сих пор могут находиться тела, завалены. Чтобы их оттуда извлечь, нужен доступ, то есть, разбор завалов. В принципе, этим занимаются повсеместно, но, опять-таки, масштабы-то колоссальные! Что касается дворовых кладбищ, то, насколько известно, эксгумация тел пока не проводится: сейчас сотрудникам МЧС и сопредельных служб важно как можно быстрее собрать не погребенные тела. Эксгумировать стихийные захоронения будут после выполнения основного фронта работ: как-никак, но закопанные, пусть и на скорую руку, тела, все же лежат в земле, а не на поверхности. К тому же, на улице тепло, а на днях синоптики и вовсе обещают жару.

Федеральное агентство новостейФедеральное агентство новостей

Федеральное агентство новостейФедеральное агентство новостей

Очередную жуткую историю мы услышали от двух женщин, ранее проживавших по улице Энгельса, 18. Ранее, потому что дом 54-летней Светланы Николаевны и ее 30-летней дочери Анны полностью разрушен минами калибра 155 мм. По их словам, от старой постройки с толстенными стенами остался лишь фундамент. Но самое страшное не это, а то, что под завалами дома погибли трое близких людей. 

Женщины не пожелали говорить о своей трагедии на камеру, поэтому цитируем их рассказ в записи. Итак, в первых числах апреля в их дом прилетел снаряд. Светлана Николаевна и Анна чудом остались живы, а вот их мужья вместе с другом семьи погибли. Супругу Анны было 30 лет, а ее отчим — супруг матери — осенью отмечал бы свой 60-летний юбилей. Теперь же они озадачены единственным вопросом: где похоронены их мужчины?

«17 апреля забрали труп друга, он был сверху. А 24 апреля забрали из-под завалов в подвале их обгоревшие тела… Нам говорят, мол, придите через три дня. Мы пришли, говорят — приходите через неделю. И все это время по городу вытаскивали из-под завалов погибших… Потом нам сказали подождать еще неделю. Мы в каждый пакет с телами положили по бумажке с их именами. Спустя какое-то время оказалось, что тела захоронены вроде бы в Старом Крыму, зятя записали по бумажке, а моего мужа – как неопознанного, потому что бумажка потерялась… И теперь я не могу доказать, что это мой муж», — рассказала Светлана Николаевна.

«Говорят, мол, вскоре будет база данных. Снова приезжаем, база есть, но в нее внесены те, кто не обезглавлен и не сгоревший… Сказали: приезжайте через две недели, будет база данных ДНК-экспертиз. Но я ему не родная дочь, а его родной сын живет в Киеве… Как и с кем нам связывать ДНК? А еще тело друга семьи… Его родители в Томске, они даже ничего не знают, и мы не знаем, куда им сообщить», — говорит Анна.

«У моего мужа бумажка сохранилась, может, потому, что голова у него была… ну, вместо головы — лепешка с волосами. Но в базе данных все есть, его захоронили, дали номер и справку, а отчима почему-то как неопознанного… Там был небольшой мешочек костей, сколько смогли выкопать из-под завалов», — слова Анны повергают в шок.

Сейчас Светлана Николаевна и ее дочь ищут по знакомым жилье. Встретили мы их возле относительно уцелевшего кафе: они ждали владельца помещения, чтобы поговорить с ним по поводу своего временного проживания.

«Документы все сгорели, на что и где жить — вообще неизвестно», — грустно вздыхают женщины.
загрузка...
Ctrl
Enter
Заметили ошЫбку
Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Обсудить (0)